19 февраля, 2019 $ 66.25, € 74.91
Артем Геллер: «Мы с каждым проектом пытаемся прыгнуть выше головы»
35-летний Артем Геллер, родившийся в Смоленске, - номер четыре в общероссийском рейтинге ключевых персон рынка digital-маркетинга и веб-разработки Тэглайн 2017, создатель интернет-порталов президента, правительства, госдумы и многих федеральных ведомств. Предприниматель рассказал «Гудвиллу» о том, почему веб-дизайнер не художник, как начинающим бизнесменам вытянуть счастливый билет, в каком направлении будет развиваться интернет и почему в борьбе государства с Телеграмом нет проигравших

О БИЗНЕСЕ
- Артем, вы говорили: «Если у вас в голове есть какая-то история, которая про музу и творчество, то вы не дизайнер. Это инженерная профессия, и мы работаем над решением задачи». Вы всегда так считали или это понимание пришло, когда стали заниматься бизнесом?
– Безусловно, поначалу все питают юношеские иллюзии по отношению к профессии. Веб-дизайнер – звучит красиво. Но по факту, вместо того чтобы делать сайты галерей, приходится создавать интернет-ресурсы заводам подшипников, условно говоря. Постепенно начинаешь понимать, что очень просто сделать чему-то красивому удобный правильный сайт. И гораздо сложнее создать что-то привлекательное, инновационное, удобное для чего-то не очень популярного. Уже много лет назад я смирился с мыслью, что наша работа в значительной степени чистый функционализм. У нас есть задача, которую нужно выполнить, и это абсолютно не связано с тем, есть у тебя вдохновение или нет. Сроки зависят от того, нашел ли ты путь решения. То есть думаем мы 90 процентов времени, а рисуем 10 процентов.
- Переломным моментом для вашей компании стало участие в работе над kremlin.ru в 2008 году. Вы рассказывали об этом так: «Мы подали заявку на творческий конкурс по разработке сайта президента. Насколько я помню, было 22 участника. По каким-то неизвестным мне критериям они отсеивались. В конце нам сказали, что сайт будем делать мы». Дайте совет начинающим предпринимателям, как им вытянуть свой счастливый билет?
– Необходимо постоянно накапливать опыт, иногда даже нужно поработать бесплатно, за идею. У всех компаний до единой есть шанс вытянуть, как вы говорите, счастливый билет. А дальше уже роль играет то, как вы относитесь к рабочему процессу. Важно не сделать один проект хорошо, а надо, чтобы была установка, что ты не можешь снизить планку. Это очень больно в плане работы, потому что ты пытаешься каждый раз прыгнуть выше головы, не можешь сделать так же или хуже. Но это то, что позволяет занять ту нишу, с которой ты будешь плотно ассоциироваться: в этой области эта компания что-то делает лучше всех.
- Вы непосредственно управляете компанией?
– Предпочитаю как можно меньше барьеров и границ внутри компании и в общении с клиентами. Многие инструменты, которые призваны улучшать бизнес-процессы, как мне кажется, на практике могут превращаться в «испорченные телефоны». К тому же очень трудно найти по-настоящему квалифицированных людей на такие должности, которые разбираются в процессах, в том числе технических, чтобы не обещать клиентам невозможное и не требовать чего-то нереального от сотрудников. Поэтому управляю бизнесом сам.
- Какой вы придерживаетесь стратегии в бизнесе?
– Я склонен думать, что по-настоящему хороший продукт могут делать только небольшие, очень сплоченные команды профессионалов. Часто при быстром росте компании происходит сильное снижение качества. Здесь нужно выбирать стратегию – либо вы остаетесь крепкой командой, прекрасно решающей стоящие перед ней задачи. Или ты окончательно работаешь за деньги и пытаешься хоть как-то угнаться за теми стандартами, которые задают совсем другие фирмы. У нас модель бизнеса выглядит так, что мы делаем немного проектов в год, но они большие, сложные и из-за этого недешевые. Чтобы не ухудшать качество, пытаемся сохранить такую бутиковую модель. В нашей лаборатории работает 30 человек. Этого достаточно, чтобы быть боевой единицей. Вообще в IT-сфере и небольшие команды могут совершать чудеса – порой не так много людей нужно для того, чтобы сделать гигантский проект.
- С чем связываете перспективы своей компании?
– Мы делали сайт правительства, президента, Совета Федерации, Госдумы. Казалось бы, куда уж выше. Но мы всегда были очень инициативные ребята. В какой-то момент поняли, что необходимо сделать дизайн-систему России в IT-секторе. Что без этого нельзя обойтись, и лишь вопрос времени, когда это будет. Мы стали работать над этой задачей. Нам говорили, что это невозможно. Сейчас мы подошли к тому этапу, когда это вполне реально, и подписано постановление правительства по этой теме. И у нас есть большое количество наработок, которые мы делали на энтузиазме, вкладывая свои ресурсы и немалые деньги. Теперь, когда нам официально поручено заниматься этим проектом, перед нами стоит задача расширить штат профессионалов. Потому что нам придется коммуницировать со значительным числом сначала федеральных, потом региональных и муниципальных ведомств, чтобы эту дизайн-систему обслуживать. В этом направлении мы будем работать совместно с дизайн-студией крупнейшей российской группы AIC.

О «ЦИФРОВОМ ГОСУДАРСТВЕ»
- Расскажите подробнее про дизайн-систему.
– Сейчас существует огромное количество сайтов госорганов. И каждый, как говорится, кто в лес, кто по дрова. Смысл дизайн-системы России в том, чтобы упорядочить существующий в этой сфере хаос, выработать единые подходы к визуальному решению и принципам работы госсайтов.
На первом этапе будет разработана дизайн-система. Мы пока не говорим о каких-то стилевых решениях, а об инженерной составляющей – об отступах, расстояниях, шрифтах, сетках, отдельных компонентах, которые можно использовать.
Уже запущена промостраничка – сайт beta.gov.ru. Этот сайт впоследствии может заменить gov.ru и станет единой точкой входа во взаимодействия общества и власти. Это очень важный момент, это уже другой уровень коммуникаций. Есть данные социологического опроса, что до 80 процентов граждан не могут назвать ни один адрес государственного ресурса в интернете. Поэтому весь маркетинг необходимо направить на единую точку входа, через которую россияне смогут взаимодействовать с органами госвласти по любому вопросу. Не важно, в каком регионе ты живешь и с какой проблемой ты столкнулся. Нужно ли тебе найти контакты чиновника, пожаловаться, оплатить штраф или решить любой другой вопрос, или получить информацию. На эту площадку сначала «переедут» пилотные федеральные ведомства. Постепенно все госструктуры будут там.
Никто не является единым подрядчиком во всей этой работе. Мы создаем дизайн-систему, которой бесплатно смогут пользоваться абсолютно все. Веб-разработчики смогут проектировать удобные сервисы, а не вязнуть в согласованиях, какой цвет понравится губернатору. Это должно серьезно повысить планку качества государственных ресурсов. Если же говорить о финансовой стороне вопроса, это дешевле для государства и быстрее.
- Вы занимались разработкой сайтов президента, правительства и многих госорганов. Что было при этом самым сложным?
– Сложным был не процесс работы над этими ресурсами, хотя мы вложили в них душу, все наши знания и т.д. Трудно было выстроить коммуникацию с профессиональным сообществом в интернете, для того чтобы эти ресурсы были восприняты лояльно. И нам удалось. Мы, наверное, одна из немногих компаний в индустрии проектов e-government, о продуктах которой профессиональный интернет хорошо отзывается. Мы – первая компания в мире, которая выиграла престижную премию AWWWARDS по дизайну с государственным сайтом. 
 
О ЦИФРАХ
- Поясните, чтобы была понятна математика, какова средняя цена проекта, за которые берутся топовые компании.
– Разброс по ценам очень значительный. Не очень крупный информационный сайт стоит от 600 тысяч до 3 миллионов рублей. Если ресурс сервисный или СМИ значительное, то вилка от 4 миллионов до 30 миллионов. А есть ресурсы типа Вконтакте, Яндекса иподобные, государственные сервисы типа Госуслуги.ру, которые постоянно развиваются. Там речь идет о суммах совершенно другого уровня.
Наша лаборатория обычно делает 5-6 проектов в год стоимостью от 3 миллионов до 50 миллионов рублей. Плюс занимаемся поддержанием и развитием существующих интернет-ресурсов.

О СОЦИАЛЬНЫХ ПРОЕКТАХ
- Вы с Вячеславом Правдзинским выступаете модераторами федерального образовательного проекта «Дизайн-выходные». В феврале проводили конференцию в Смоленске, на которую собралось, наверное, около 200 человек…
- А недавно мероприятие проходило в Самаре. На него пришло 1,7 тыс. человек. Пока еще Смоленск в этом плане отстает. Когда я общаюсь с ребятами, например, из Кирова, вижу, что у них существует профессиональное комьюнити. Там в этой среде все всех знают, кто чем занимается, общаются, делают какие-то проекты вместе. И социальные, и коммерческие. А в Смоленске до недавних пор все как-то держались особняком. Только недавно появилась группа «Среда по четвергам». Полагаю, это заслуга в том числе первой сессии «Дизайн-выходных», которые проходили здесь когда-то.
- Насколько понимаю, «Дизайн-выходные», прежде всего, направлены на консолидацию и развитие дизайн-сообщества. А можно ли привить хороший вкус широким массам?
- Одна из задач проекта - воспитать, объединить специалистов, которые будут развивать хороший вкус у горожан. По моему 16-летнему опыту работы в профессии, вкус - дело наживное. Люди просто должны контактировать с удобными приятными вещами, в городской среде смотреть на красивые вывески и т.д. А задача их сделать стоит перед профессионалами.
- Но по поводу проектов благоустройства нескольких площадок в Смоленске, разработанных членами сообщества «Среда по четвергам», в соцсетях было сломано много копий.
- Насколько знаю, в Смоленске до недавнего времени практически не было резонансных общественных инициатив. И если они появляются, нельзя их подавлять. Надо людям дать возможность что-то сделать. Первые блины могут быть комом, это не страшно. Нужно дать возможность родиться этому направлению. Пусть появятся аналогичные группы, которые могут сделать лучше, пусть конкурируют между собой. От этого город только выиграет. Тем более я видел сквер за госуниверситетом. Его можно считать неплохим примером.

О ТЕНДЕНЦИЯХ РАЗВИТИЯ ИНТЕРНЕТА
- Как вы думаете, в каком направлении будет развиваться интернет?
– Наши дети уже сейчас не задумываются, как он работает, для них это данность. А со временем интернет станет само собой разумеющимся, как вода, которая течет из крана. Скорость будет расти. Произойдет переход на другие форматы коммуникаций, более технологичные, связанные с нейросетями. Мы уже не будем отличать человека от ботов при общении в интернете. Трудно спрогнозировать, к чему это приведет. Просто интернет будет везде, в каждом утюге. Развитие интерфейсов освободит нас от необходимости сидеть у экранов с мышкой, чтобы выйти онлайн. Уже сейчас реализовано управление голосом. Думаю, в ближайшее время появятся устройства дополненной реальности в виде очков, линз или чего-то еще. Это позволит нам постоянно находиться и в интернете, и оффлайн.
В медиасегменте, думаю, мы придем к тому, что появятся какие-то глобальные мейджеры индустрии СМИ. Они будут агрегировать контент, который подстраивается под конкретного потребителя и его ожидания. У нас эту нишу пытается занять Яндекс со своим Дзеном. Но печатная пресса никуда не денется. Все же мы существа из плоти и крови, нам нужно чувствовать, и виртуальный мир не заменит реальных объектов – того, что нам хочется трогать, перечитывать, хранить. Может быть, изменится формат, это будет не бумага, а гибкий экран на электронных чернилах, который можно «полистать». Такие носители станут настолько дешевы, что будут лежать во всех парикмахерских. А печатные СМИ уйдут от новостей, потому что за интернетом по скорости не угнаться, в сторону более интеллектуального, эксклюзивного контента.
- Что думаете об истории с Телеграмом?
– Есть такое понятие win-win, «с двух сторон победа». Телеграм получил большое количество пиара как на территории России, так и глобального, что позволило мессенджеру прирасти более значительным количеством пользователей, нежели он у нас потерял. Со стороны государства, я думаю, все понимали, что физически закрыть Телеграм невозможно. Это была попытка отстроить систему, отработать сложные ситуации, связанные с возможным отключением каких-то важных сервисов, платежных систем. Это же и сейчас происходит, пусть пока в каких-то мелких деталях, например, запрещение в контексте санкций использовать в России шрифт «Таймс нью-роман» для офисных пакетов. К этим вещам, как бы мы ни иронизировали по этому поводу, все равно нужно готовиться. На примере Телеграмагосударство отработало определенные механизмы. Думаю, уроки были извлечены. Стало понятно, что нужно совершенствовать законодательное регулирование ограничения права доступа к противоправному контенту. Думаю, появятся подзаконные акты, которые будут регламентировать подобные ситуации. «Рубильник» – это неправильный метод, к этим вещам нужно подходить более тонко и умно.

СПРАВКА
Артем Геллер родился в 1982 году в Смоленске. вскоре его семья переехала в Москву. Окончил Московский государственный инженерно-физический институт, Российскую академию адвокатуры. Со второго курса начал работать дизайнером-иллюстратором. в 2006 году основал лабораторию Артема Геллера. Занимается дизайном, созданием сайтов, проектированием интерфейсов, пользовательского взаимодействия и систем навигации. Кандидат юридических наук (защитил диссертацию на тему «Уголовно-правовые и криминологические аспекты обеспечения защиты электронной информации и интернета»). Является председателем комиссии института развития интернета.

Текст: Николай МЕДВЕДЕВ
|
Рейтинг ()

Возврат к списку


Мы используем cookie для наилучшего представления нашего сайта. Если вы продолжите использовать сайт, мы будем считать что вас это устраивает. Вы можете просматривать сайт без использования куки (cookie) с частичной потерей функциональности в приватном режиме вашего браузера